Александр Городницкий

Discussion in 'Solo perfomance / "Театр одного актера"' started by Charge, Mar 6, 2012.

  1. Charge

    Charge Well-Known Member

    Joined:
    Sep 5, 2003
    Messages:
    13,920
    Location:
    Moscow
    Александр Городницкий

    Рахиль

    Подпирая щеку рукой,
    От житейских устав невзгод,
    Я на снимок гляжу с тоской,
    А на снимке двадцатый год.
    Над местечком клубится пыль,
    Облетает вишневый цвет,
    Мою маму зовут Рахиль,
    Моей маме двенадцать лет.

    Под зеленым ковром травы
    Моя мама теперь лежит.
    Ей защитой не стал, увы,
    Ненадежный Давидов щит.
    И кого из своих родных
    Ненароком ни назову:
    Кто стареет в краях иных,
    Кто, убитый, лежит во рву.

    Завершая урочный бег,
    Солнце плавится за горой.
    Двадцать первый тревожный век
    Завершает свой год второй.
    Выгорает седой ковыль,
    Старый город во мглу одет,
    Мою внучку зовут Рахиль,
    Моей внучке двенадцать лет.

    Пусть поет ей весенний хор,
    Пусть минует ее слеза,
    И глядят на меня в упор
    Юной мамы моей глаза.
    Отпусти нам, Господь, грехи
    И детей упаси от бед.
    Мою внучку зовут Рахиль,
    Моей внучке двенадцать лет.
     
  2. Charge

    Charge Well-Known Member

    Joined:
    Sep 5, 2003
    Messages:
    13,920
    Location:
    Moscow
    Re: Александр Городницкий

    Приглашение к плаванью

    Солёной метлой заметает вода
    Концы и начала историй.
    Но в голову мне не придёт никогда
    Назвать переборку стеной.
    Компания "Ллойд" не страхует суда,
    Выходящие в пятницу в море, -
    Мы выйдем в субботу навстречу годам,
    Бегущим волна за волной.

    Дырявая память - надёжный компас -
    Ведёт нас по картам затёртым.
    Растерян в тавернах былой экипаж,
    Утрачен журнал судовой.
    Барометру падать. Не вздумай хоть раз
    Подставиться прошлому бортом! -
    Иначе, наверно, концы ты отдашь,
    Нырнувши в него с головой.

    И всё-таки вспомним про юную прыть, -
    Былые свои увлеченья.
    От суши ногой оттолкнёшься разок -
    И станешь опять молодой.
    Пускай далеко не сумеют уплыть
    Гребущие против теченья, -
    Лишь только плывущий ему поперёк
    Не сносится тёмной водой.

    Не верю советам других стариков,
    С кем соли не связывал пуд нас.
    За день в океане я месяц отдам
    Обыденной жизни земной.
    Для судна, что встало на вечный прикол,
    Ветров не бывает попутных.
    Мы выйдем в субботу навстречу годам,
    Бегущим волна за волной.
     
  3. Charge

    Charge Well-Known Member

    Joined:
    Sep 5, 2003
    Messages:
    13,920
    Location:
    Moscow
    Re: Александр Городницкий

    Клеобул

    Жил на Родосе грек Клеобуля,
    По профессии был он тиран.
    Клеобуля в начале июля,
    Пообедать зашёл в ресторан.
    Там гуляли служители культа,
    Было им от питья хорошо.
    И какой-то подвыпивший скульптор
    Похмелиться туда же пришёл.
    И какой-то подвыпивший скульптор
    Похмелиться туда же пришёл.

    И сказал алкашу Клеобуля
    Колыхая маслину во рту:
    Чем сидеть в ресторане на стуле,
    Ты маяк мне придумай в порту.
    Оплачу я расходы по смете,
    Чтобы не был наш остров дырой,
    Шесть чудес мне известны на свете,
    Ты седьмое мне чудо построй.
    Шесть чудес мне известны на свете,
    Ты седьмое мне чудо построй.

    И сварганил тот скульптор колосса,
    Подымавшего факел рукой,
    От Геракловых скал до Фороса,
    Красоты не встречали такой.
    Только нету от судеб спасенья,
    Посейдон, как последний дебил,
    Вызвал жуткое моретрясенье
    И колосса того уронил.
    Вызвал жуткое моретрясенье
    И колосса того уронил.

    Но сдаваться беде не умея,
    Для троянцев, к которым попал,
    Сделал скульптор зелёного змея,
    Что с похмелья его донимал.
    И во время ужасное оно
    В апогее питейных затей,
    Этот змей придушил Лакоона,
    И двоих его пьющих детей.
    Этот змей придушил Лакоона,
    И двоих его пьющих детей.

    Одиссей, и другие герои,
    Перепившихся сняв часовых,
    Загубили несчастную Трою,
    Чтобы выпить потом на троих,
    Пили всё, что попало ребята,
    Хоть бы кто дураков просветил,
    Замочили злодеи Сократа,
    Вместо водки подсунув метил.
    Замочили злодеи Сократа,
    Вместо водки подсунув метил.

    И буквально, за считанный квАртал,
    Поменялась Афинская власть.
    Дольше всех продержалася Спарта,
    Но и та в результате спилась.
    И вступая под своды Аида,
    Погружаясь навеки во мрак,
    Утонула в вине Атлантида,
    До сих пор не отыщут никак.
    Утонула в вине Атлантида,
    До сих пор не отыщут никак.

    Так погибнули древние греки,
    А на Ближнем Востоке Содом,
    И оставили память навеки,
    О безудержном пьянстве своём.
    Чтобы жить нам теперь по-другому,
    Чтоб иная настала пора,
    Похмеляйтесь товарищи дома,
    И не лезьте к тиранам с утра.
    Похмеляйтесь товарищи дома,
    И не лезьте к тиранам с утра.
     
  4. Charge

    Charge Well-Known Member

    Joined:
    Sep 5, 2003
    Messages:
    13,920
    Location:
    Moscow
    Re: Александр Городницкий

    БАЛЛАДА О ФОТОЛЮБИТЕЛЕ

    Герхард Марквард, Германии скромный солдат,
    В мирной жизни машиностроитель,
    На Земле проживавший полвека назад,
    Был отчаянный фотолюбитель.

    Он старался во всю свою юную прыть
    Фатерлянду казаться полезным.
    В полевой жандармерии славно служить
    И крестом красоваться железным.

    В Белоруссии, в грозные эти года,
    На суровых дорогах военных,
    Он насиловал женщин, и жег города,
    И пристреливал раненых пленных.

    И везде – на опушке, где хаты горят,
    Над убитою стоя еврейкой, –
    Всё, что видел в округе, снимал он подряд
    Безотказною старенькой “лейкой”.

    Гитлерюгенда преданный ученик,
    Как его ни сгибала работа,
    Он всегда заносил аккуратно в дневник,
    Где какое им сделано фото.

    Застрелил на базаре под Гомелем он
    Старика, голодавшего в гетто,
    И второй для контроля истратил патрон,
    И никто бы не ведал про это.

    Он калек до могильных дотаскивал ям
    И, схватив рукоять пистолета,
    Беззащитные жертвы расстреливал сам,
    И никто бы не ведал про это.

    Развеселою ротой своею любим,
    Он снимался под Оршею где-то,
    У виска партизана держа карабин,
    И никто бы не ведал про это.

    Я смотрю на его неулыбчивый рот,
    На газетную ретушь портрета,
    И досада меня запоздалая жжет,
    Что никто бы не ведал про это,

    Если б сам он, наивный и преданный пес,
    Исполнитель приказов ретивый,
    На себя самого невзначай не донес,
    Проявляя свои негативы.

    Был альбом в пятьдесят обнаружен втором.
    Десять дней проведя в Моабите,
    Наградил и себя деревянным крестом
    Незадачливый фотолюбитель.

    Он оставил двоих малолетних детей,
    И жену, и каталог предлинный
    Фотографий своих, ежедневных затей
    С аппаратом поклонник невинный.

    Я сижу в ресторане у Эльбы-реки,
    Вспоминая забытые были,
    А вокруг улыбаются мне старики,
    Что сниматься тогда не любили.

    26. 01. 2002